Артем Ахмеров рассказал, как был заложником у путинских террористов

0
200
Артем Ахмеров и Владислав Овчаренко. Новости Украины. Украина сегодня
Артем Ахмеров и Владислав Овчаренко
 

Артему Ахмерову – 20 лет. Из них больше года он провел в подвалах боевиков и СИЗО в Луганске. В приговоре террористы написали: 13 лет колонии строгого режима “за шпионаж в пользу Украины”. Его другу Владиславу Овчаренко дали 17 лет. Оба товарища входили в фанатское движение луганского футбольного клуба Заря. И, как большинство ультрас после начала войны с Россией, поддерживали Украину: фотографировались с желто-синим флагом в центре оккупированного Луганска, жгли флаги боевиков, записывали видеообращения, вели группу “Луганская хунта” в Twitter.

Ахмерова и Овчаренко задержали в центре города 10 октября 2016 года. Следующие 57 дней они провели в подвалах боевиков, год в СИЗО. “Самое тяжелое – это то, что тебя оторвали от родных, изолировали. А самое страшное в жизни – это два месяца в подвале”, – говорит Артем.

Читайте также новости Украины с комментариями без цензуры и покупайте учебники английского языка Oxford.

Даже сейчас, через полтора месяца после обмена, он называет боевиков безликим местоимением “они”. И о том, что происходило в подвале, говорит неохотно.

Ахмеров и Овчаренко были освобождены 27 декабря 2017 года – их включили в список на обмен заложниками, привезли на “ноль” и передали Украине. Как боевики допрашивают заложников в оккупированном Луганске, как проходил обмен и помогает ли государство бывшим пленным – Артем Ахмеров рассказал в интервью LIGA.net.

– Как вас задержали? Специально отслеживали?

– Они следили за нами около года, с сентября 2015-го. А в октябре 2016 задержали. Подошли в центре города двое, забрали телефоны и паспорта. Потом сказали, что нас задерживает МГБ, и мы просто поедем побеседуем. В тот же день против Влада и группы неустановленных лиц было возбуждено дело по статье “государственная измена”.

– Куда вас отвезли после задержания?

– В здание бывшего СБУ в Луганске. Там находится их МГБ. Мы провели в подвале 57 дней. Подвал МГБ – это четыре серых стены, лампочка на двери, тусклый свет, метра три с половиной на два с половиной. Кровать, стул, тумбочка. С Владом нас разделили. Сначала я был в камере с человеком, директором местной строительной фирмы, а потом один.

– Сколько людей было с вами в подвалах?

– Там восемь камер. Так что человек 15-20 одновременно.

– Как проходили допросы? Чего от вас хотели?

– Допрашивали вспышками. В самом начале – в октябре, потом оставили в покое. Потом в начале ноября, когда в интернет пошли видеозаписи, где мы показания даем. И в конце, перед тем как направить в СИЗО. Это были бывшие сотрудники правоохранительных органов и бывшие СБУшники. Потом, когда нас уже возили в суд, конвой состоял из бывшего Беркута. Тоже били нас. В Луганске и Донецке так и остались существовать эти подразделения.

Спрашивали о связях с украинской разведкой, о методичках НАТО. Реально, искали эти методички, но так и не нашли. Проверяли, выезжали ли мы из Луганска – в их представлении это значило, что проходили подготовку в разведшколе.

– Вы помогали украинским военным?

– Да, в самом начале войны в 2014 году – через Влада Овчаренко. В основном там была проверка координат по объектам инфраструктуры в Луганске.

У Влада в телефонах нашли переписки, я тоже там всплыл. На следующий день еще двоих наших ребят взяли. Когда обнаружили, что в 2015 году мы сожгли их флаг, добавили новую статью – надругательство над государственными символами. Потом этих ребят отпустили за “публичное покаяние”, помпезно вручили им “флаги республики”. Переобули, я думаю.

– Что за история с флагом? Это когда вы сожгли его в лесопосадке?

– Это в самом Луганске было. 20 августа 2014-го погиб наш друг из ультрас в составе Азова в Иловайске. И мы решили записать видеообращение в память о нем. Как раз тогда губернатор Тука сказал, что на оккупированной территории области живут только сепаратисты. Нас это очень задело. Мы нарисовали баннер, и 19 августа 2015 года в посадке на квартале Ленинского Комсомола записали видео. Растянули текстовик “Луганск – это Украина”. У меня с собой был флаг так называемой ЛНР, который мы в июле вместе с Владом сняли на стадионе Авангард. И мы его сожгли. А через год, в августе 2016-го, тоже нарисовали текстовик руническим шрифтом – пятый пункт декалога (заповеди украинского националиста, оригинальная версия текста появилась в 1929 году – ред): “Пімсти смерть Великих Лицарів”. Сфотографировались на Острой Могиле. Вечером ребята поехали туда же, в посадку на Ленинского Комсомола, и Влад принес с собой флаг Украины, с которым на День независимости фотографировался в центре Луганске. В общем, это и все.

Ну, и еще они в телефоне нашли нашу группу Луганская хунта в Twitter.

– Видеозапись вы сами выложили в интернет?

– Видео мы выложили ВКонтакте в закрытую группу. Это чисто наша, движевая группа ультрас Зари. В ней не более 100 человек, все проверенные люди. Когда нас приняли, они просто получили доступ к этому всему, и видео всплыло.

– Как вас допрашивали? Применяли ли силу?

– Нас приняли часов в 11 дня. Посадили в микроавтобус. Перед этим нас с Владом еще головами друг с другом столкнули – “чтоб лучше думалось”. Использовали все, что было под рукой. Об Влада там стул ломали. Милицейская палка ПР, резиновая… Допрос продолжался до 10 вечера. Потом нас отправили по камерам и поехали к нам домой на обыски. Нашим родителям на вопросы не отвечали, но они сами все поняли. Моя мама в тот день, 10 октября, впервые услышала, что такое МГБ – до этого не приходилось.

Со мной сидел человек, которого всю ночь пытали током. Просто присоединяли провода к голове (Артем показывает место за ухом) и били током.

6 декабря нас перевели в СИЗО, там проще было. Хотя в камерах держали по 6-9 человек.

– Когда вас брали, столкнули головами. А на допросах друг против друга настраивали?

– Нас настраивали друг против друга. Ему говорили – сдавай Артема, мы тебя отпустим. Мне говорили – сдавай Влада, мы тебя отпустим, пойдешь как свидетель.

– Судя по тому, что вам дали 17 и 13 лет, никто из вас не согласился?

– Ну да, никто. 25 октября 2016 года мы получили приговоры. Мы даже не пытались менять их “государственных адвокатов” на частных: всем было понятно, что нас посадят.

– Вы считаете, что это была спланированная акция против националистов в Луганске?

– Это была охота на ведьм, на неугодных. И создание информационного повода. Очень широко все освещали, приезжало российское НТВ, нас приводили в бывший пресс-центр СБУ.

– Вам говорили, как отвечать на вопросы российских пропагандистов?

– Сказали, чтобы я отвечал то же, что и вчера. “Просто дублируй”. А вчера писали видеозаписи с нашими якобы признаниями. Вот там мне сказали, что и как говорить.

– Есть мнение, что в Луганске нет сторонников Украины. Но ваша история, националистическое движение на оккупированной территории, это опровергает.

– Это больше касается зрелой части населения, которое выросло на каких-то идеалах совка. Хотя эти люди не стесняются получать двойную пенсию – и там, и там. У людей от 30 до 45 лет, процент тех, кто все понимают, наверное, чуть больше. Молодежь – самая адекватная. Да, есть зашкваренные, которые создают организации типа Молодой гвардии. Но в основном молодежь все понимает, все родились и выросли в Украине, просто боятся выходить на улицу и говорить. Потому что запуганы. Приедут люди в масках, с оружием, и все закончится плохо.

– Это правда, что фанатское движение Зари после начала войны разделилось?

– Нет, абсолютно. В основном все поддерживают Украину. Человек 30-40 пошли воевать в добробаты. И сейчас служат – в Вооруженных силах или Нацгвардии.

– Вы не боялись выступать против? Писать националистические плакаты чуть ли не под носом боевиков, видео записывать, их флаги жечь?

– Нет. Я бы с удовольствием еще раз сжег.

Хотя, если честно, я не думал, что так может сложиться. Понимал, что у них есть списки всех, кто в движении. Но не думал, что буду им так интересен.

– Вы знали, что вас в Украине поддерживают, добиваются освобождения?

– Не знал. Я с родными общался только один раз, в ноябре 2017 года. И мне мама сказала.

– Вы были в полной изоляции?

– В СИЗО был телевизор, но только с российскими СМИ.

– Как вы узнали, что можете попасть в список на обмен заложников?

– 16 ноября утром увидел по российским СМИ, что Путин позвонил Захарченко и Плотницкому. На следующий день приехала так называемая омбудсмен ЛНР Копцева. Пообщалась с военными и гражданскими. Гражданские в списках, кстати, не все есть. Вызвала меня, сказала: тебя СБУ запрашивает, хочешь или не хочешь? Я говорю: конечно, да. И все. На следующий день у меня было свидание, а потом начался “переворот”, место Плотницкого занял Пасечник. Это была реальная угроза, что обмен сорвется. Но нам повезло. 26 декабря я весь день бегал из камеры по кабинетам, бумажки подписывал.

– Как проходил обмен? Сколько времени это заняло?

– Утром 27 декабря прошла проверка. Потом нас, 16 человек от Луганска (9 гражданских и 7 военных) вывели на улицу. К сожалению, наши спецназовцы из Кропивницкого даже не в СИЗО, а еще в подвале находятся. Мы как гражданские сидели на корпусе в СИЗО, а военные в отдельном здании, в больнице изолятора. Вывели всех к воротам. Была колонна, девять транспортных средств. Нас посадили в автобус, – водитель так на себя натянул шапку и куртку, что не было видно лица, – и мы выдвинулись на Майорск.

В Майорске очень долго ждали Донецк. Нас еще цивилизованно привезли, а их в автозаках, прямо из макеевской колонии. Они все там как шпроты были, больше 50 человек. Потом наконец выехали на ноль, и за нами с нашей стороны приехал полковник Качанов, он начальник объединенного центра по освобождению заложников.

– Не было страшно, что в последний момент все сорвется?

– Я пока не увидел Качанова и первый украинский флаг, который на ветру развивался, не верил. Я знаю этих людей, что они могут развернуть и обратно повезти.

Когда нас поменяли, подбежала Геращенко, дала трубку Владу, и Порошенко сказал: Влад, я поздравляю тебя, всех ребят, я знаю про вас с Артемом, весь Киев знает вашу историю.

Из Майорска поехали под Артемовск. Это сейчас Бахмут, да? Приехали Полторак и Порошенко. На вертушках до Харькова долетели, там нас встретила 92-я бригада, журналисты и самолет Ил-76. В Борисполе, конечно, никто не ожидал, что столько людей будет нас встречать. Они нас ждали с 6 вечера – никто же не знал, когда мы прилетим.

Из Борисполя всех отвезли в клиническую поликлинику Государственного управления делами на Дружбы народов. Это было уже часа три ночи, наверное. Там нас осмотрели, кто на что жалуется. И на следующий день у трем часам дня перевезли в Феофанию.

Последние люди из Феофании только на этой неделе выписались.

– Без денег и жилья?

– Мне и Владу с работой повезло. Президент Федерации футбола Павелко в день обмена написал, что поздравляет, приглашает на Лигу чемпионов. И предложил нам работу: одно направление – с болельщиками, второе – социальные программы для поддержки воинов АТО. С квартирой было сложнее, но нам помогли ребята из Национального корпуса Азов.

Государство, прямо скажу – нет, не помогает. Но мне, в принципе, спасибо, что поменяли. Мне этого хватит. Хотя многим нужна реабилитация: психологическая помощь, реинтеграция в общество. Видно, что у некоторых после плена психика поломана.

Артем Ахмеров рассказал, как был заложником у путинских террористов
5 (100%) 4

Мы в telegram, twitter, facebook, youtube
Летние женские хлопковые шляпки ручной работы купить
Учебники Oxford, Pearson, Express, Macmillan, Cambridge, Pingu, Klett, Hueber etc
Билеты на автобус, поезд, самолет купить заказать онлайн
Не пропустите Главные новости Украины, Европы и мира
Горячее предложение Английский язык – учебники Oxford, Pearson, Pingu, Express
Заказывайте онлайн Билеты в Европу на автобус, поезд, самолет
Выберите себе Шаблоны (темы, скины, дизайн) для сайтов
Учебники английского языка Oxford, Pearson, Pingu, Express, Cambridge etc
_

Главное:

Не пропустите:

КОММЕНТАРИИ

+ 21 = 30